bootstrap dropdown

 

ЛЕОНТИЙ ИОСИФОВИЧ ПОЛЯКОВ-ЛЕВИНСКИЙ
Кто наш прадед.( написано в 1967 г Ананием, правнуком Леонтия)
 
Он шел по улице, высокий, сутулый. Мало кто знал, когда и зачем он появился в Енисейске.
В канцелярии городского исправника у письмоводителя в ящике секретных документов лежал пакет – письмоводитель знал, что этот сутулый старик сослан в Енисейск на поселение за участие в польском восстании 1831года. Поселенец был необщительный, в разговоры вступал неохотно и, притронувшись к шапке, уходил куда-то по своим делам.

Жил он на краю города, плел корзины, мётла, промышляя мелким ремонтом по соседским
домам. Соседи из его скупых ответов знали, что он ссыльный, что в тяжелую и долгую
дорогу в ссылку с ним пошла жена с 3-х летним сыном. Жена в дороге умерла, а он, пройдя
все сибирские пересыльные тюрьмы, осенью 1836 года был водворен на жительство в
Енисейск под присмотр полиции.

Енисейск по летописи присоединения земель Сибири возник в 1619 году и насчитывал к тому времени до 5 тысяч жителей. В городе было две церкви, пристань, пароходство. Это был растущий центр золотых приисков и торговли севера. Отсюда в казну шло золото, купцы отправляли пушнину – соболей, песцов, белку. Предприимчивые люди скупали у рыбаков рыбу и отправляли в города Сибири знаменитых соленых и копченых омулей, семгу, икру.
Кочевникам тайги и тундры сбывался всякий скарб – одежда, обувь, охотничьи припасы, хлеб, иконы для обращенных в православие. 

Город жил интересами разбогатевших владельцев приисков, таежными легендами о золотом «фарте» старателей, в которых пересказывались истории про игру в карты, где проигравший хозяин тут же нанимался в работники к новому «фартовому» хозяину.

Город рос. Обеспеченность промышленников, купцов, мелких торговцев и чиновной администрации вызвали потребность в ремесленниках. Появились незамысловатые вывески портных, сапожников, часовщиков, ювелирных мастеров. В городе была гимназия, больница, извозчики, царский кабак и тюрьма.

Зимой, когда золотая лихорадка ослабевала, охотники уходили в тайгу и тундру, город уходил в метели и сугробы. Енисейцы любили ходить в гости, устраивали любительские спектакли, маскарадные вечера, игры в карты, в лото. Ночами бывало неспокойно. Стучали колотушками сторожа, где-то кричали «караул!», а нередко встревоженные жители выбегали на улицу – бил набат. Деревянный Енисейск часто горел, и о подвигах пожарной команды часто увлекательно рассказывал в компаниях брандмайор – владелец и провизор местной аптеки.

Так жил город, а в городе много ссыльных, и среди последних был этот немолодой польский
бунтарь, которого прозвали «поляком», потому что никто не знал его по имени. Да ссыльным имя и не полагалось. Приговором суда они лишались прав, лишались и своих фамилий, и потому в Сибири было много с фамилиями Безродных, Непомнящих, Беспрозванных…

Вот у этого ссыльного поляка сосед Левинский – часовой мастер - и взял мальчика Леню. Сосед был богат дочками и грустил, что нет сына, а мальчуган ему приглянулся, он жалел его, жалел и его нелюдимого отца. Поляк недолго раздумывал, и Леня ушел жить к соседу в еврейскую семью. «Не объест, пусть в тепле живет, плохо расти ребенку без материнского догляду. Научу его ремеслу», - говорил Иосиф Маркович своим родственникам и соседям.

Леня жил в семье, поляк редко его проведывал, к мальчику привыкли, и он стал своим.
По рождению поляк и католик мальчик не мог быть усыновлен евреем, но был воспитан и вырос в патриархальной еврейской семье. По еврейским законам в 13 лет наступало совершеннолетие, а в 16 лет можно было жениться.

Леню женили в 16 лет на 17-летней дочке Левинского Ирине. Это было в 1844 году.
Время шло, дети мужали. Леонтий Иосифович стал старшим в семье, унаследовал часовую мастерскую и получил паспорт на имя ЛЕОНТИЯ ИОСИФОВИЧА ПОЛЯКОВА, иудейского вероисповедания, мещанина города Енисейска, рождения 1828 года. В паспорт вписана его жена ИРИНА ИОСИФОВНА, рождения 1827.

Это и были наши будущие дедушка и бабушка ( для Жени Василенко, в девичестве Поляковой; прадедушка и прабабушка – для Люси Князькиной, в девичестве Василенко; для ее братьев Якова Василенко и Александра Василенко, прапрадедушка и прапрабабушка - для
Марины и Миши Князькиных; для Димы и Жени Василенко, для Тани и Саши Василенко, прапрапра дедушка и прапрапра бабушка – для Кати и Илюшки, для Ули, Саши, Поли, Максима и Насти, и прапрапрапра дедушка и прапрапрапра бабушка – для Алешки Князькина, для Яны и Давида. Четыре "пра". 

Сейчас растет пятое поколение Леонтия, сына Поляка, приемного сына и зятя часовщика Левинского. Они живут в Иркутске, Москве. ( просьба дописать про пятое поколение)

Долгую и честную жизнь прожили наши дед и бабка. Жили дружно, как дружили в детстве.
Никогда не ссорились. Народили и вырастили сыновей – Якова, Соломона и Иосифа ( будущего отца Жени, Сары, Баси, Анания, Израиля и Якова) и дочерей Надежду, Раю, Нюру и Харьесу. Вместе прожили 75 лет. Бабушка ушла из жизни на 90 году, в 1916 году, дедушка пережил ее на 2 года. 

Вот и вся история предков нашей семьи и история нашей фамилии.
Вот и все, что я хотел рассказать своим братьям и сестрам и их детям и внукам.
 Из уважения к памяти предков подписываюсь единственным знакомым мне словом еврейской письменности.
 
Далее стоит подпись на еврейском языке дяди Анания и дата
7 февраля 1967г. г. Ессентуки